придется чинить все время, через каждую милю пути. Лучше всего идти в Ирландское море, потом через Английский канал и дальше мимо Фризских островов к берегам Дании. Путь долгий, но море спокойное. Вдоль берегов идти нельзя, мы не знаем, какие люди там, на берегах живут, вдруг плохие?
— Ты сумеешь вести корабль? — спросил Тоно. — В судоходстве никто из нас ничего не смыслит.
— Сумею, сумею, — ответил Хоо. — Есть одна опасность. Надо назначить вахтенного, впередсмотрящего. У английского короля есть моряки, которые хуже пиратов.
Эяна подняла голову и внимательно поглядела на оборотня.
— Ты спас нас от кораблекрушения, ты готов отвести наш корабль в гавань. Какую награду ты за это потребуешь?
Хоо ответил не сразу. Казалось, некоторое время он боролся с собой, потом, набрав полную грудь воздуха, проревел:
— Ингеборг!
— Что? — Ингеборг задрожала от ужаса, сжалась в комок, обхватив руками колени, перекрестилась. Оборотень шагнул к ней, видно было, что и он дрожит.
— Если пойдешь со мной, поведу корабль, — волнуясь, сказал Хоо. — Иначе — нет. Пойдем. Не обижу тебя, обещаю. Я так давно один…
Ингеборг испуганно поглядела на Тоно. Лицо его потемнело.
— Мы слишком многим обязаны тебе, Ингеборг, — сказал он. — Никто тебя не принуждает.
Наступило молчание. Ингеборг смотрела на Тоно. Хоо вздохнул, плечи его поникли.
— Конечно, я урод, — пробормотал он. — Я остался бы с вами, но теперь, когда увидел Ингеборг… не могу. Прощайте. Доберетесь домой и без меня. Прощайте. — Он подошел к релингам.
Ингеборг бросилась за ним.
— Постой, не уходи!
Хоо остановился, разинув рот от удивления. Ингеборг обеими руками взяла его огромную лапищу.
— Прости, — голос Ингеборг дрожал, в глазах блестели слезы. — Понимаешь, это было так неожиданно… Конечно, Хоо…
Он громко захохотал и как перышко подхватил Ингеборг медвежьими ручищами. Она вскрикнула от боли, и Хоо сразу же ее отпустил.
— Прости, я нечаянно, — жалобно попросил он. — Я буду бережно…
К ним подошел Нильс. Он был бледен как полотно.
— Не смей, Ингеборг, это грех! И ты, и я, мы совершили уже столько тяжелейших прегрешений. Не бери еще и этот грех на душу.
Теперь уже захохотала Ингеборг.
— Брось-ка, — сказала она сквозь смех. — Забыл, что ли, кто я такая?
Не впервой, ничего нового тут для меня нет. А может, и есть…
Эяна подошла к Нильсу и, обхватив за плечи, что-то шепнула ему на ухо, Нильс удивленно поглядел на нее.
Тоно тоже встал и подошел ближе. Пристально глядя в глаза Хоо и положив руку на рукоять кинжала,