Тани не были так быстры, но зато ее удары были более точны. И агрономам часто приходилось нагибаться за мячом. Каждый раз при этом Таня заразительно смеялась.
Увидев Павла, она развеселилась еще больше и громко сказала:
– Ага, вот идет толстый лори. Удивительно, почему он не проспал до вечера.
Ее слова вызвали всеобщее оживление; к Павлу все относились очень хорошо, хотя часто подтрунивали над его солидностью, не свойственной молодости.
В бассейне Павел почувствовал себя великолепно и плескался там целый час, пока не пришло время обедать. Обедали все вместе под лимонными и апельсиновыми деревьями. За столом было весело. Жизнь на острове налаживалась.
Прошло несколько дней. Как-то под вечер Павел и Дженни О’Нейл прогуливались по «берегу» острова.
Был тот час, когда солнце еще не коснулось горизонта, и прозрачный воздух ничего не скрывал от взора. Впереди, далеко-далеко, казалось в самом небе, были разбросаны маленькие серебристые пики и купола Восточного архипелага. Дженни слегка кокетничала с Павлом и занимала его всякими пустяками. С ней Павлу было хорошо, и он охотно отшучивался. Дженни, показав пальчиком на далекий архипелаг, сказала:
– Хотела бы я побывать хоть раз на этом архипелаге. Ведь это живой музей древней дикости. Странные Люди!..
– Почему же странные? – засмеялся Павел. – Ведь там очень много ваших бывших соотечественников.
– А вы знаете, как они живут?
– Знаю, но их жизнь для меня не представляет интереса. Жалкие люди…
– Когда волна социальных преобразований докатилась и до нашей страны, – сказала Дженни, – боль­шинство сказало своим боссам: «Хватит! Мы тоже хотим жить по-новому, нам надоела безработица и все остальные прелести капитализма; давайте-ка все переделаем на свой лад». Ну, боссы всполошились и начали уговаривать граждан: да мы, да вы, у нас народный капитализм, чем вам плохо? И уговаривали довольно долго, пока их все-таки не вытряхнули, но за это время боссы сумели вывезти на архипелаг громадное количество золота, урана, самых совершенных автоматических заводов. Пентагон – это, знаете, когда-то был такой военный штаб – преобразовали в мирный институт и тоже прихватили с собой. Они и о рабочей силе побеспокоились, ведь не боссам же работать… Па говорит, что в свое время многих прельстило золото. Ведь в то время «золото» значило «счастье». Это сейчас оно у нас – обыкновенный металл в специальной технике. Па этих людей называет штрейкбрехерами нового мира. Уж я точно и не помню, что это значит.
Павлу приятно было слушать