полагая, что тем самым она нас наказывает… А ты, Даб, здорово все придумал!
— И весьма похвально, что вы сами, ничего не понимая, повиновались этому приказу, который странным образом обежал все лагеря и площадки Сен-Лорана. Но хватит комплиментов, за дело!
— Еще одно слово. Почему нам велели пустить красного петуха, прежде чем мы узнали, что ты вернулся?
— Таков был мой план. Требовалось узнать, повинуются ли все слепо, до конца, сгруппируются ли на глазах у администрации. Я хотел также удостовериться, объединятся ли, как и вы, ребята из предместий и Сен-Луи. Но эти трусы пальцем не шевельнули. Остальное — моя тайна. Узнаете о ней в свое время, когда я возглавлю вас, чтобы отвести в страну золота и свободы.
— Скажи, Даб, когда?
— Дня через два. Может, немного раньше, но ни минутой позже. Сначала надо выбраться отсюда, построить плоты из бамбука и дерева-пушки, чтобы переплыть на тот берег в случае, если не удастся овладеть лодками старателей.
— Плоты уже начали строить.
— Хорошо! Кроме того, все должны вести себя как солдаты на войне. И главное — не пить! Абсолютно. Запрещаю прикасаться к водке, под угрозой смерти! В мое отсутствие ответственный — ты. Первому, кто напьется, всадишь пулю в лоб!
— Само собой.
— Кроме того, безоговорочное повиновение, понятно? Как моряки на тонущем корабле. При малейшем колебании — гопля…
— Пуля в лоб… Согласны.
— И главное — не трепать без толку языком. Рот — на запоре. Иначе смерть безоговорочная, неумолимая.
— Можешь рассчитывать на меня, на нас. Ведь правда, ребята?
— Да! На всю жизнь! — прорычали неподвижные и невидимые в сумерках каторжники.
— Это цена богатства и свободы. А теперь хорошенько запомните, что я скажу, ибо ни под каким предлогом мы не должны видеться до самого отплытия. Так вот, слушайте меня внимательно! Послезавтра в одиннадцать часов вечера будет дан сигнал с северной оконечности острова Порталь.
— Какой сигнал? — стали перешептываться каторжники.
— Вспышки электрического фонаря. Их будет девять, три раза по три с интервалом в несколько секунд. Я буду там, доплыву в пироге к вековым магнолиям , возвышающимся на левом берегу бухты. В случае нехватки лодок на воду будут спущены все плоты.
— Понятно!
— А если администрация бросит против нас одну или две бригады морских пехотинцев?
Даб рассмеялся:
— Ну и что же! Вас не затруднит, надеюсь, выстрелить в них. Но я полагаю, что это невозможно. У администрации дел по горло в Сен-Лоране, чтобы посылать своих людей сюда. Она боится мятежа на других