большой сумме с целью внедрить открытие, долженствующее произвести экономический переворот во всем мире, я ходил на прошлой неделе просить эту, сумму у господина Грандье.
— А как она высока? — спросил небрежно следователь.
— Пятьдесят тысяч франков!
Услышав такой ответ, судейский чиновник слегка повел глазами и закусил губы, как человек, начинающий убеждаться в справедливости своего предположения.
— Итак, вы хотели занять пятьдесят тысяч франков у Грандье?
— Да, хотя эта попытка оказалась величайшею из глупостей, когда-либо сделанных мною!
Тогда следователь перешел к другому.
— Где вы были вчера в полдень?
— В лесу!
— Когда завтракаете?
— В двенадцать часов, так что я должен был бы находиться в это время дома; но я вернулся, против обыкновения, только к часу!
— Зачем же вы изменили своей привычке?
— Я шел своей обычной дорогой, как вдруг увидел вспененную лошадь без всадника. Напрасно пытался я ее остановить… Я был отброшен и сбит с ног.
— Сколько было времени тогда?
— Четверть первого!
— Когда же вы могли вернуться к родителям?
— Для этого потребовалось бы около десяти минут!
— Почему же вы вернулись через час?
Вторично Леон Фортен покраснел и обнаружил волнение.
— Отвечайте мне с полною откровенностью, — прибавил следователь, — скажите всю правду!
— Уверяю вас, что я занимался очень невинным делом, совершенно чуждым печальному предмету, о котором мы говорим.
— Я забочусь о ваших же интересах!
Фортен, сделав над собою усилие, начал:
— Хорошо! В тот момент, когда встретилась лошадь, у меня в руке был букет из фиалок и первоцвета… Одной свободной рукой я не мог удержать лошадь, и мой букет очутился у нее под копытом. Из-за этого я должен был набрать свежих цветов!
В ответ на это следователь иронически улыбнулся, слегка пожав плечами.
— Можете вы сказать, кому предназначались эти цветы?
— Нет, — возразил с твердостью Леон, — не могу и не хочу!
— Подумайте, к каким важным последствиям может повести ваше умалчивание при изложении этой малоправдоподобной истории!
— Это мой секрет, и вы его не узнаете!
— Как угодно… Встретили ли вы кого-нибудь по дороге?
— Никого, сколько мне известно… или я не обратил внимания ни на кого. Может быть, я даже прошел мимо нескольких человек, не заметив их!
— Однако вас видели!
— Возможно: я не прятался. Впрочем, видевшие меня могут подтвердить справедливость моих слов!
— Да, без сомнения, но не всех!
При этом следователь наклонился к писарю, после чего тот положил перо и быстро вышел, а через несколько