возраста исходивший золотые поля и принадлежавший к числу самых опытных рудокопов континента, усмехался с иронией, напоминая тех крестьян, которые, слушая речи профессора земледелия, поют под сурдинку:
— Посмотрите, этот любезный господин из города хочет научить нас, как выращивать морковь и капусту!
Группа пересекла участок и направилась к западной границе его, до которой едва осталось два метра.
— Здесь! — произнес немного дрожащим голосом Леон, обозначив место крестом, начертанным на почве.
— Ну, будем рыть! — сказал Редон, делая первый удар киркой.
Старый канадец пожал плечами и заметил вполголоса Дюшато:
— Нет!.. Это детская затея… ничего не найдут!
Тот тоном сострадания ответил:
— Э, я и сам хорошо знаю! Но если это доставляет удовольствие нашим землякам! — и принялся за работу, которая теперь уже спорилась в его руках.
Рыли уже полчаса. Отверстие увеличилось в ширину и глубину. Через минуту должен был начаться ледяной слой. Вдруг лопата журналиста наткнулась на какое-то твердое тело и издала отчетливый звон.
— Что это?
Старый рудокоп, бросив свою кирку, наклонился и, подняв что-то, вскричал с изумлением:
— Боже!.. Золото!..
Потом, как будто поднятый предмет жег его, он бросил к ногам Фортена прекрасный слиток, величиною с каштан.
— Черт возьми! — вскричал в свою очередь Редон, разрывая рукояткой своей лопаты кусок земли, — жила возвращается! Браво! Мы вновь разбогатеем!
— Это опять счастливый случай или француз приходится сродни дьяволу!
Леон подобрал слиток, поднес его Марте и с улыбкой сказал ей:
— Надеюсь, мадемуазель, что в этом открытии нет ни малейшей случайности, как думает наш бравый товарищ!
— О! Это было бы слишком хорошо! Впрочем, я верю вам!
— Это чисто научное открытие… Если позволите, я объясню вам немного позднее поистине необычайный секрет его!
— А мне, мосье Лион, скажете? — спросил Жан, внимательно смотревший на слиток в руке сестры.
— Да, друг мой, так как, на случай несчастья, я хочу вас сделать своим наследником, а это наследство сделает вас царем золота!
— О, не говорите так! Вы не знаете, какое горе причиняете мне!
Восклицание Дюшато прервало эту беседу, ведущуюся вполголоса.
— Еще слиток!.. Меньший по величине, но такой же чистоты!
Действительно, второй кусок золота был величиной с орех.
— Еще один! — на этот раз воскликнул старый рудокоп Лестанг.
Мало-помалу после трех часов работы самородков набралось около трех килограммов, то есть на кругленькую сумму в десять тысяч франков, чего еще