которую ты узнаешь потом!
— Ну, если Грандье имел глупость тебе отказать, я ручаюсь, что ты получишь нужную сумму и в скором времени!
Тяжелые шаги, сопровождаемые бряцаньем шпор, прервали беседу.
— Здесь! — произнес грубый голос у самой двери маленькой лаборатории, устроенной Фортеном в углу сарая.
— Он страшно силен, и вы должны находиться на расстоянии голоса, не дальше!
Раздалось два удара в дверь.
— Войдите! — отвечал молодой ученый удивленным тоном.
Дверь растворилась, и показался жандармский унтер-офицер. Он, не кланяясь, приблизился к Фортену и строгим голосом спросил:
— Вы — Леон Фортен?
— Да!
— Именем закона вы арестованы!
— Я? Но это бессмыслица!.. В чем же меня обвиняют?
— В том, что вы убили бедного невинного человека по имени Мартин Лефевр, проживавшего по улице Св. Николая!
При этом чудовищном обвинении из груди Леона Фортена вырвался крик ужаса и негодования.
— Я!.. убийца!.. но вы сами…
— Молчите и повинуйтесь добровольно; в противном случае…
— Но то, что вы сказали, ужасно! Против этого позора говорит вся моя честная жизнь!
— Это меня не касается! — грубо прервал жандарм. — Я имею приказ арестовать вас и выполняю его!
Поль Редон сделал было попытку вмешаться в разговор, но жандарм скользнул взглядом по этому закутанному в мех человеку, которого он видел утром вблизи места преступления, и пробормотал:
— С вами я никаких дел не имею! Ну, прощайтесь скорее, — прибавил он нетерпеливо, — а вы, Фортен Леон, следуйте за мною!
Бледный, растерянный Фортен окинул последним взглядом свою маленькую лабораторию, где провел столько отрадных минут, и сердце его сжалось от бели. Ему хотелось в эту минуту обнять отца и мать, приласкаться с бесконечной нежностью к своим добрым старичкам, как делал это в детстве, и уверить их в своей невиновности. Но они были в поле, занятые обычным трудом, и, может быть, так даже было лучше.
— Я их увижу… я сказку им.. поддержу их, как сделал бы твой брат, мой дорогой Леон! — вскричал Редон, нервно пожимая руки своего друга. — А ты будь терпелив!.. Дело разъяснится… Я похлопочу об этом и сумею доказать правду, на зло чиновникам и жандармам. Теперь же я следую за тобою!

ГЛАВА III


Тягостный путь. — Истинный друг. — Перед судом. — Вопрос. — Цветы обвиненного. — Дама в голубом. — Донесение агента. — «Это вы — убийца!»

Жандарм открыл дверь и повелительным жестом пригласил молодых людей выйти. На улице другой жандарм с трудом сдерживал шумную толпу. При виде Поля и Леона раздался дикий рев.
— Убийцы!..