Я решительно ничего не вижу! — произнес журналист. — И абсолютно не понимаю, как вы можете отличить выстрел из его ружья от выстрела такого же винчестера вашего батюшки или Лестанга!
— Выстрел — это голос ружья, и каждое ружье имеет свой характерный, особый звук, который для нас, истинных охотников, различим так же, как и голоса людей! — наставительно проговорила канадка. — Что же касается отца или Лестанга, то они не могут вернуться раньше, чем через два дня, с тем индейцем, который покажет нам дорогу к Золотой горе.
— У вас решительно на все имеются ответы, и мне волей-неволей приходится замолчать! — отвечал молодой человек.
Между тем Жан на своих легких лыжах с удивительною быстротой приближался к ним. Чувствуя себя превосходно в своем эскимосском наряде, бодрый и румяный, юный лицеист казался сильным, здоровым мужчиной в полном смысле этого слова.
— Ну, что? Как нынче охота? — спросил Леон.
— Очень удачна, — весело отозвался юноша, — я уложил двух зайцев, белых, как горностаи, и, кроме того, прелестное животное, которое по некоторым соображениям принял за вапити (канадский олень — прим. авт.), ростом с жеребенка, с роскошными рогами. Я захватил с собой всего один окорочек, но и тот весит не менее 20 фунтов!
— Ну да, конечно, это вапити, — подтвердила молодая канадка, — с таким трофеем можно вас поздравить: им гордятся даже самые ловкие и смелые охотники моей страны.
— Нет, право, удивительный молодчина наш юный Немврод note 7: по двадцати часов кряду проводит в снегах, без всяких проводников, кроме небесных звезд да своего компаса, спит под открытым небом на морозе, когда и белые медведи замерзают, — и все это ему нипочем!
— Нет, мосье Поль, прошу извинить — на этот раз, я спал не под открытым небом, а в чудном гроте или, вернее, пещере с песчаной почвой, где температура даже без костра и печей весьма сносная, чтобы не сказать более. Туда я стащил, как мог, разрубленного на части топором вапити и, завалив вход в пещеру снегом, явился сюда, чтобы захватить салазки или санки и затем отправиться туда обратно за остальным мясом, которое, судя по всему, должно быть превосходнейшего вкуса!
— О, ваше открытие, Жан, неоцененно для нас! Мы превратим вашу пещеру в склад для провианта, и если она достаточно велика, то можем даже поселиться в ней на время, пока будем разыскивать «Мать золота».
— По всей вероятности, она должна быть очень велика, так как над нею возвышается целый холм!
— А далеко это отсюда?
— Да часов семь ходьбы для привычного