взглядом. Простая, даже бедная одежда посетителя говорила о скудости его средств.
В целом молодой человек был очень симпатичен и сразу же располагал к себе.
— Итак, вы — Жан Рено! — сразу приступил к делу мистер Шарк. — Француз, не так ли?
— Yes, sir! — ответил молодой человек.
— Рено… из…
— Из Монтобана, если вам угодно, сэр.
— Пфф!.. Вы, конечно, маркиз?.. А может быть, граф?.. Или всего лишь барон?
— Не угадали! Я чистейший простолюдин.
— Never mind!... Хотя в должности французского секретаря мне хотелось бы иметь титулованную особу. Но вас настойчиво рекомендовал французский посол. Он ручается за вас, как за самого себя, и утверждает, что вы умны. Кроме того, он говорит, что вы ученый… выдающийся изобретатель… Поскольку место французского секретаря вакантно, я беру вас на испытательный срок… Плачу двести долларов в месяц… Можете сейчас же приступить к своим обязанностям…
— Благодарю от всего сердца…
— Ваше сердце здесь ни при чем… Итак, вы согласны?
— Напротив, мое сердце в данном случае значит очень много, потому что именно чувства заставили меня просить работу у вас.
— В чем дело?.. Быстро и коротко!
С этими словами мистер Шарк нажал на пружину. Дверь решетки, окружавшей платформу лифта, открылась, и Жан Рено оказался на свободе. Сделав несколько шагов по террасе, он вдруг остановился, не в силах совладать с неописуемым волнением.
— Я пришел, чтобы… я хочу… просить руки вашей дочери… единственной, несравненной мисс Эллен Шарк, в которую я безумно влюблен.
Просьба прозвучала так внезапно, что по эффекту могла бы сравниться с выстрелом из револьвера. Будь на месте Мясного Короля кто-либо другой, он бы по меньшей мере отшатнулся. Но этому дьяволу доводилось и не такое слышать и видеть! Насыщенная беспощадной борьбой жизнь, которую мистер Шарк вел вот уже многие годы, закалила его настолько, что он даже бровью не повел. Не соизволив отпустить какую-нибудь колкость, хотя это было так легко, Мясной Король спросил самым естественным тоном:
— Вы, вероятно, богаты?
— У меня в кармане последний доллар.
— Моя дочь, без сомнения, разрешила вам предпринять сей демарш?
— Мисс Эллен меня даже не знает! Впервые я увидел ее шесть месяцев назад во Франции. Ваша дочь была королевой Парижа. Да-да, королевой по своему обезоруживающему обаянию, несравненной грации и этой ликующей красоте, которая делает ее существом исключительным… божественным созданием! Я затерялся в толпе ее поклонников. Боль, пронзившая мое сердце, была мучительной и сладостной одновременно…