и оно дорого обойдется мистеру Шарку.
— Мне необходимо туда попасть.
— Отсюда невозможно выбраться.
— Но есть дирижабль…
— Ах!.. Сэр… какое несчастье!.. Смотрите!
Крики вперемежку со взрывами хохота на какое-то время заглушили шум восстания. Причиной тому стал аэростат. По странной случайности канат оборвался, освобожденный от пут дирижабль взмыл вверх, а якорь, прикрепленный к одной из крыш, с бряцаньем упал на мостовую.
— Счастливого пути! — невозмутимо сказал журналист. — Но я все равно доберусь до бунтовщиков!
— Здесь стена в сорок пять футов высотой, и ворота забаррикадированы.
— При помощи якоря и каната я преодолею вашу проклятую стену! И немедленно!
Смотав канат и взвалив на плечи якорь, Дик добавил:
— Вы проведете меня через эти улицы, здания, железнодорожные пути?.. Я боюсь заблудиться.
— All right! — коротко рубанул гигант.
Добрых десять минут они пробирались через гудящую толпу и наконец оказались перед огромной стеной, серой и гладкой, как скала.
— Попробуйте перебраться здесь! — посоветовал проводник Дику.
— Прекрасно!.. Огромное спасибо! Жму руку, и до встречи!
— До свиданья, сэр. Желаю удачи!
Не теряя времени, журналист размотал канат и закинул якорь, который с первой же попытки зацепился за край стены. Подтягиваясь при помощи рук и ног, Дик, как заправский гимнаст, полез вверх. Забравшись на самый край, он перекинул канат на другую сторону ограды и быстро соскользнул вниз.
Перед ним раскинулось сплетение железнодорожных путей, забитых вагонами, где ревели и хрюкали тысячи и тысячи быков и свиней. Никем не охраняемые, непомерно длинные составы растянулись на сотни метров. Вдруг отчаянно вопящая толпа ринулась к ним с факелами и принялась крушить вагоны. Неподалеку уже горели несколько поездов, распространяя вокруг отвратительный запах гудрона и жареного мяса.
С записной книжкой в руке и фотоаппаратом наготове, репортер смешался с погромщиками.
«Настоящий бунт… — подумал он. — Но отнюдь не стихийный! Я не раз наблюдал подобные выступления, и у меня слишком большой опыт, чтобы сразу не заметить профессиональную организацию восстания и руку провокаторов. Ох уж эти народные агитаторы!»
Между тем многотысячная толпа мужчин, женщин и даже детей в необычайном исступлении громила вагоны. Действиями их явно руководили вожаки и подстрекатели, неизменные участники любой забастовки.
Слившись с самого начала с бунтовщиками, Дик вскоре оказался перед гигантским составом, двадцать четыре вагона которого по странной случайности еще