колыбель и распростертую Марию, очевидно бездыханную.
К окну, расположенному на втором этаже, была приставлена лестница. Бандит медленно спустился в сад, окружавший особняк Березовых по авеню Ош, в самом сердце Елисейских полей. Внизу лестницы его ждала закутанная в белое фигура. В неярком свете звезд с трудом можно было различить женский силуэт.
— Это ты, Фанни? — шепотом спросил бандит.
— Я, Бамбош. Наконец-то дождалась, пока ты управишься.
— Ты хорошая девушка, Фанни. Я знал, что могу на тебя положиться.
— Ты меня по-прежнему любишь, правда?
— О да… Да, конечно… Ты сама знаешь… Однако сейчас не время разводить антимонии касательно чувств… Пролился клюквенный сок…
— Ты убил сестру…
— …Сестру княгини… Красавицу Марию…
— О Бамбош… Ты же поклялся, что только выкрадешь младенца…
— Нельзя приготовить яичницу, не разбив яиц.
— Но ты хотя бы не причинил зла бедному малышу? Я так привязалась к нему за те три месяца, что служу в гувернантках…
— Сначала обделаем дельце и. выкачаем кучу денег из его безутешных родителей.
— Куда ты потащишь мальчишечку?
— К мамаше Башю… Чмокни его и прощай!
— Когда я тебя снова увижу?
— Точно не знаю. Будь осторожна, сразу же ложись в постель и спи без задних ног. — Я сказала, что мне нездоровится…
— Вот и ладно! Скоро здесь поднимется дьявольский переполох. Так что я минут через сорок непременно должен попасть в театр «Водевиль» — надо, чтобы меня видели в ложе, соседней с ложей Березовых. До скорого, Нини!
Странное дело, но вполне понятное для тех, кто хорошо знает детей, — тепло укутанного маленького Жана вскоре укачало, и он заснул на руках убийцы.
Это обстоятельство благоприятствовало злодеям, помогая одному скрыться, а другой вернуться в свою комнату, чтобы разыгрывать комедию.
Похититель повел себя как человек, превосходно знающий расположение усадьбы, — пересек сад и достиг выходящей на улицу Бокур маленькой калитки, в которую заранее вставил ключ.
Перед калиткой стояла низкая двухместная карета, запряженная гнедой. Бамбош распахнул дверцу и бросил кучеру:
— Сам знаешь куда, и поживее!
Затем откинулся на подушки, держа ребенка на коленях. Экипаж рванул с места.

ГЛАВА 2

Карета, уносившая Бамбоша и ребенка, выехала на улицу Дарю, свернула на бульвар Курсель и, не сбавляя скорости, помчалась по улице Лежандр. На углу Сосюр и Сальнев возница, не замедляя бешеной скачки и рискуя опрокинуться, повернул так резко, что задние колеса с грохотом чиркнули о кромку тротуара.
На перекрестке быстро переходила