в тех случаях, когда собираются провести ночь на реке. По его приказанию боцман Марий отвел индусов на нос корабля, за полотняную занавеску, которую поторопились повесить, чтобы они могли чувствовать себя в уединении.
Мрачная церемония, которую не смущал никакой посторонний любопытный глаз, не долго продолжалась; через час все было кончено. Капитан, который не намеревался долго оставлять индусов у себя на корабле, предложил отвезти их на берег Хугли, в пустынное место, под тень манговых деревьев. Туземцы охотно приняли это предложение и оставили яхту в большой лодке, в сопровождении десяти вооруженных с ног до головы человек. Они благополучно пристали к берегу, высадились, неся на плечах труп брамина, и, оставив в стороне манговые деревья, углубились в чащу.
На другой день яхта подняла паруса. Тихо и величественно поплыла она вверх по реке, миновала великолепные сады и коттеджи, дворцы и виллы Гарденрича, потом линию доков и бассейнов, расположенных выше и ниже канала Толли-Нолла. Потом она миновала арсенал, форт Вильям, цитадель и достигла корабельной пристани, которая соединяет Калькутту с новым городом, построенным напротив нее и называемым Хаура. Здесь с яхты бросили якорь и привязали ее канатом к набережной, после того как ее посетили санитары, позволившие ей свободный вход в городскую гавань.
Капитан Пеннилес, взяв свои бумаги, собирался сойти с корабля, чтоб идти в город, как вдруг перед ним появилось несколько человек европейских солдат под командой офицера.
— Вы капитан корабля? — грубо спросил офицер без малейшего поклона.
— Капитан и владелец этой яхты! — ответил высокомерным тоном Пеннилес.
— Ну, так я арестую вас именем Ее Величества Королевы!

ГЛАВА IV

Удары судьбы. — Прощание. — Преданность. — Печальный кортеж. — В тюрьме. — Перед судом. — Клевета. — Таинственная записка. — Освобождение заключенного.
При последних словах английского офицера капитан яхты слегка побледнел, и на его мужественном лице появилось гневное выражение.
— Вы арестуете меня, — сказал он с негодованием, — за что же?
— Я действую в силу формальных приказаний, которым я должен повиноваться и мотивы которых мне неизвестны.
— Я протестую во имя общечеловеческого права, несправедливо нарушенного вами, и обращусь к заступничеству американского консула!
— Я не имею полномочий принять ваш протест и прошу вас следовать за мной немедленно и добровольно, иначе я буду принужден прибегнуть к открытой силе.
— Тогда мне, вероятно, будет позволено проститься с моей